Фетхуллах Гюлен о трех завесах, мешающих видеть
В этой лекции уважаемый Ходжа-эфэнди утверждает, что «величайшее наставление на истинный путь — это посредством снятия пелены показать истину истиной, а ложь — ложью». Он различает способность «смотреть» и «видеть». Соответственно, говорит Ходжа-эфэнди, существуют «завесы», от которых важно избавиться для падения пелены с глаз.
«Величайшее наставление на истинный путь — это посредством снятия пелены показать истину истиной, а ложь — ложью». Вместо «показать» можно сказать и «увидеть». Природа человека такова, что его глаза и его способность видеть покрыты пеленой. Действительно, одно дело смотреть, другое — видеть. В процессе видения активизируется проницательность и человек видит с помощью нее. Другими словами, в процессе смотрения не происходит оценивания, оценивание происходит именно в процессе видения: «Что есть что?». Иначе говоря, понять, о чём мне повествует [то, на что я смотрю]. Соответственно, существуют «завесы», [от которых] важно [избавиться] для падения пелены [с глаз].
Отдельные [богословы] говорили о трех таких «завесах». Первая из них — это высокомерие. Как сказано в достоверных хадисах: «Не войдёт в Рай тот, у кого в сердце есть высокомерие хотя бы на вес пылинки»[1] (Муслим, 91). Главной причиной проигрыша Абу Джахля, Утбы ибн Рабиа и Шейбы по отношению к Посланнику Аллаха (с.а.с.) было то, что они относились к Пророку, являющемуся Гордостью рода человеческого, как к «сироте Абу Талиба» и считали себя великими. Это те люди, которые сводили все к величию и гордыне такими высказываниями, как: «Урва ибн Масуд ас-Сакафи из Таифа и Валид ибн Мугира из Мекки – если кто-то и должен был стать пророком, то им должен был стать один из этих двух досточтимых людей, ибо это известные, славные и знатные люди!»[2]. Да сохранит нас Аллах!
Если у человека в сердце есть высокомерие весом [даже] с пылинку, оно является препятствием для принятия ислама. Это одна из [таких] «завес». За всей этой кичливостью и напыщенностью [в виде кортежей] из 50, 60, 70 бронированных автомобилей стоит как раз таки подобное высокомерие, подобное желание аплодисментов и одобрения: «Пусть все встают, когда видят меня! Пусть все [аплодируют мне!]». Аплодисменты, с точки зрения ислама, относятся к нежелательным действиям (макрух). Посланник Аллаха (с.а.с) называл это «тасфик» («хлопанье»). Но [они думают так]: «Не важно, нежелательно ли так делать или запрещено! Главное, что люди аплодируют мне и превозносят меня!». Это настолько [непроницаемая] «завеса», что даже если бы они наяву увидели перед собой Посланника Аллаха (с.а.с.), то возможно [и в этом случае] они не придали бы этому значения, [подумав]: «А не предстал ли перед нами кто-то другой в его облике?». Поверьте, так это и было бы!
Второй «завесой» является эпигонство (таклид) — по сути, это неспособность перейти к выявлению и верификации истины (тахкик). Одним из значимых факторов, способствующих «срыванию» этой «завесы», является [способность] назвать истину истиной в результате достижения верного синтеза посредством размышления о [тех или иных] материях, обсуждения и обдумывания вопросов, рассмотрения их с учетом контекста и их анализа. Пока ваши глаза застилает «завеса» эпигонства, вы не сможете узреть истину сообразно ее ценности. И это отдельная проблема. Поэтому необходимо перейти от эпигонства к выявлению и верификации истины. Подражание — это шаг [вперед], но это шаг ребенка. Сообразно культурной среде, в которой он вырос, ребенок говорит на том языке, на котором говорят его родители, имеет тот же акцент, который имеют его родители. Выросшие в Эрзуруме говорят: «гелирем, гелир, гелирик, гелирсиз». Выросшие в Трабзоне или Ризе говорят: «джалаюм, джалайсун, джалаюз». В других же местах говорят [по-своему]. [Ребенок] подражает своему культурному окружению.
Богословы, специализирующиеся на основах веры, считали подражательство приемлемым, [ведь] на начальном этапе такое вот подражание тому культурному окружению, в котором человек вырос, является неизбежным. Но подобное подражательство приемлемо лишь в качестве первой ступени на пути к выявлению и верификации истины. Иначе же, постоянное нахождение на уровне эпигонства является неприемлемым. Не дай Бог! Это все равно что дать Сатане возможность сбить нас с пути. Это еще одна «завеса», застилающая глаза, от которой необходимо избавиться. Если на глазах у человека есть такая вот «завеса»…. Подобная «завеса» была и [на глазах] Абу Джахля. Молодец он, что тут скажешь! Всё при нём, как у нынешних «Фараонов», «Язидов» и «Хаджаджей» – и высокомерие, и эта вот «завеса» [на глазах]. Они ползают по ступенькам эпигонства; они всё шагают и шагают, но это топтание на одной и той же ступени.
Еще одной «завесой» в этом отношении являются привычки – по сути, это зацикливание человека на [обычаях,] унаследованных от предков: «[Нам достаточно того,] на чем мы застали наших отцов» (5:104), «[Мы будем следовать тому,] на чем застали наших отцов» (2:170). Именно такими вот демагогическими словесами все неверные реагировали на сияющее послание, с которым приходили пророки. «Ваше послание нас не интересует! Мы будем следовать тем путем, по которому шли наши отцы! Мы будем следовать тем путем, по которому шли наши деды!» – издавна и до сих пор [подобные фразы] неосознанно повторяются в постоянной круговерти повторов. И если подобное мировоззрение является «завесой», застилающей глаза, то истину, в некотором смысле, не узреть, [ведь] всё это является покрывалом, завесой и покровом для истины. Поэтому утром и вечером, ночью и днём, направляясь для совершения намаза и вознося руки после его завершения, мы должны беспрестанно молить Аллаха: «О Аллах, покажи нам истину истиной, и помоги нам следовать ей!» – О Аллах, покажи нам истину сообразно ее подлинной сущности! Аминь! «И покажи нам ложь ложью, и помоги нам отстраниться от нее!» — не просто покажи нам ложь ложью, но и позволь нам отдалиться от неё максимально далеко, удостой нас этой чести!
[Наставления на правильный путь мы просим и] в суре «Открывающая», после возвеличивания и восславления Аллаха, и упоминания оказанной Им чести и милости обращения к Нему [на «ты»]. Он словно говорит: «Я разрешаю вам говорить «Ты», когда вы обращаетесь ко Мне. Вы помянули Меня, сказав: «Хвала Аллаху, Господу миров!» (1:2). Вы помянули Меня, сказав: «Милостивому, Милосердному» (1:3). [Мысленно] перенесясь на тот свет, вы помянули Меня, сказав: «Властелину Дня воздаяния» (1:4). А затем Я разрешаю вам обратиться ко Мне на «ты»: «Тебе одному мы поклоняемся…» (1:5)». Но поклонение Тебе — это настолько трудное дело, что нам с этим не справиться! Не поклонялись мы Тебе должным образом, о Тот, Кто лишь один достоин поклонения! Не познали мы Тебя должным образом, о Тот, Кого знают все! Не поминали мы Тебя должным образом, о Тот, Кого поминают все! Не благодарили мы Тебя должным образом, о Тот, Кого благодарят все! Не восхваляли мы Тебя должным образом, о Тот, Кого хвалят все! Не славословили мы Тебя должным образом, о Тот, Кого славят все! Таков Ты[, о Аллах!].
«Тебе одному мы поклоняемся…» (1:5). Но это настолько трудное дело! Кто я такой, чтобы говорить подобное?! Кто я такой, чтобы вынести [всю тяжесть этого груза]?! «И Тебя одного молим о помощи» (1:5) — столкнувшись со столь трудным делом, помощи в данном вопросе мы просим опять таки у Тебя; мы обращаемся к Тебе с прошением (исти’ана) – это слово [образовано от] 10-й породы глагола, буква «син» в нем указывает на просьбу. «Син» в породе «истиф’аль» значений множество имеет. Смотрящий хорошенько на нее, ее великий смысл постичь сумеет: она «вопрос» и «просьбу», «совесть», «перемену» означает; значения «убежденности» и «веры» принимает»[3]. Можно сказать, что [в этом аяте буква «син» указывает на] перемену, [тогда это будет означать:] «Я [меняюсь,] высвобождаясь из своего «высохшего» состояния, веря и будучи в убеждении, что таковым [оно] и является» – как видите, здесь выражены все смыслы буквы «син».
«И Тебя одного молим о помощи» (1:5) – прошения о помощи [всех людей в мире,] которые кольцами [стоят в намазе вокруг Каабы,] я рассматриваю как часть своего прошения о помощи, и все мы обращаемся к Тебе с огромнейшей просьбой о помощи! «Тебе одному мы поклоняемся и Тебя одного молим о помощи» (1:5). Но этого недостаточно, и мы говорим: «Веди нас прямым путем» (1:6) – это та самая [просьба о величайшем наставлении на истинный путь]. Но после того, как Он наставил нас на прямой путь, нет у нас гарантии[, что мы не сойдем с него]. Да сохранит нас Аллах! [Стоит] волноваться за исход того, кто не волнуется за свой исход!
Каждый человек каждый свой шаг должен делать с опаской. А что если, не дай Бог, случится так, что Сатана исхитрится и, сделав мне подножку или придушив захватом, сбросит меня с лестницы, по которой я поднимаюсь, туда, откуда я начал свой подъем, пусть даже я нахожусь на самом верху этой лестницы? «Веди нас прямым путем, путем тех, кого Ты облагодетельствовал» (1:6-7) – мы обращаемся [к Нему с тем, чтобы] Он ввел нас в число облагодетельствованных Им пророков, правдивых мужей, павших мучеников и праведников — людей, которые совершают праведные дела, не примешивая к ним ничего, без показухи, тщеславия, самолюбования и бахвальства. [С точки зрения грамматики, это либо] соединительное разъяснение (атф баян), либо замена (бадаль).
Итак, Ты даровал всё это, о Аллах, [даровал всё то, о чем] я просил, [о чем] мы просили все вместе, просили хором голосов. Голоса всех нас, слившись воедино, достигли Лотоса крайнего предела, [и присоединились к] голосам тех, которые совершают обход (таваф) вокруг него. Думаю, и [ангелы] Джибриль и Микаиль добавили свои голоса в эту же [симфонию голосов]! Но несмотря на все это, будучи людьми, [мы обременены] своим эго, телесностью, животным состоянием. Поэтому, памятуя об этом[, мы добавляем]: «не тех, на кого пал гнев, и не заблудших» (1:7), [прося Его] защитить нас от попадания на путь тех, кто навлек на себя Его гнев и впал в заблуждение. Вот и все!
ПРИМЕЧАНИЯ
[1] Полная версия этого хадиса звучит следующим образом: «Не войдет в Рай тот, в сердце которого есть высокомерие весом с пылинку!» Услышав это, один человек спросил: “Но ведь человеку хочется, чтобы его одежда и обувь были красивыми!” На что Пророк (с.а.с.) сказал: «Поистине, Аллах прекрасен, и Он любит прекрасное, однако высокомерие – это неприятие истины и проявление презрения по отношению к людям».
[2] В Св. Коране говорится: «Когда же истина предстала перед ними, они заявили: «Это – колдовство, и мы не признаем его». Еще они сказали: «Почему этот Коран не был ниспослан какому-либо важному мужу из двух известных городов?» (43:29-30). В тафсире имама Фахрутдина ар-Рази отмечается, что в последнем аяте под «важными мужами из двух известных городов» подразумеваются Валид ибн Мугира из Мекки и Урва ибн Масуд ас-Сакафи из Таифа (Tefsir-i Kebir, cilt , s.520).
[3] Видоизмененный отрывок из стихотворения «Beyan-i hemze» Харпутлу Мехмета Хулуси ибн Юсуфа-эфенди.
- Создано .