Божьи посланники и человеческое эго (нафс)
Лекция Фетхуллаха Гюлена из серии «Пронзительная струна» от 25 июня 2012 года. В этой лекции уважаемый Ходжа-эфенди отвечает на вопрос о том, боялись ли пророки своего «я», рассматривая данную тему на примере двух Божьих посланников – Юсуфа (а.с.) и Мухаммеда (с.а.с.). По его словам, пророки были защищены от души, призывающей ко злу (нафс аль-аммара), но «семя» эго было и в них, ведь иначе они не были бы подлинными путеуказателями для адресатов своего послания. Ходжа-эфенди рассказывает о том, что приведенные в Св. Коране слова «Я не оправдываю себя, ведь душа человека повелевает зло…» (12:53), которые, как считает ряд богословов, были сказаны Юсуфом (а.с.), указывают на недопустимость доверия душе, призывающей ко злу, равно как олицетворяют отказ от самообеления. Кроме того, Ходжа-эфенди подробно останавливается на словах мольбы Посланника Аллаха (с.а.с.), которые звучат следующим образом: «О Живой, о Вседержитель! Посредством милости Твоей молю Тебя о помощи! Приведи в порядок все дела мои и не вверяй меня душе моей ни на мгновение ока!» (аль-Мунзири, ат-Таргиб ва ат-Тархиб, 1/313; аль-Баззар, Муснад, 13/49).
ВОПРОС: Уважаемый учитель! Указывают ли слова «Я не оправдываю себя» (12:53), сказанные, согласно одной трактовке, досточтимым Юсуфом (а.с.), а также мольба нашего Пророка (с.а.с.) «Не вверяй меня душе моей», на то, что и пророки боялись своего «я» (нафс)?
Да, [как] вы правильно отметили, [слова] «Я не оправдываю себя, ведь душа человека повелевает зло…» (12:53), [которые приводятся] в суре «Юсуф», согласно одной трактовке [были сказаны именно им]. Богословы, занимающиеся выявлением истины, [отмечали, что] даже такой очищенный, возвышенный и возвеличенный человек, как досточтимый Юсуф (а.с.), говорит о том, что нельзя доверять душе, призывающей [ко злу] (нафc аль-аммара). Душе, призывающей [ко злу], доверять нельзя!
Обратите внимания на момент, с которым связано суждение [о том, что] нельзя доверять душе, призывающей [ко злу]. Негоже думать так: «Раз у досточтимого Юсуфа (а.с.) была душа, призывающая [ко злу], то она [могла] подставить ему подножку!». В основе своей нельзя доверять душе, призывающей [ко злу] — это одна сторона вопроса; другая его сторона [заключается в том, что] Юсуф (а.с.) [сказал это] в плане репрезентации (тамсиль), на личном примере показывая [должное отношение к своему «я» (как] и наш Пророк, о чём будет сказано [ниже]). Он [словно] говорит: «У меня есть [эго,] подобное семени. Это, по сути, моя натура, то есть [нечто] подобное почве, благоприятной для того, чтобы на ней что-то произрастало и крепло. Я, Божьей милостью, являюсь сыном Якуба (а.с), внуком Исхака (а.с) и праправнуком Ибрахима (а.с), поэтому по воле Аллаха душа, призывающая [ко злу], не сможет «вырасти» и «окрепнуть» внутри меня. Однако это эго есть и у меня, я ощущаю его [существование]».
Будь оно иначе, не было бы [и] определенных устремлений, [а они] должны быть, ведь в противоположном случае он не имел бы общего представления об общинах, которые были адресатами его [призыва] и не смог бы соответствующим образом направить спектр своего послания. [Это бы означало, что] он не знает своих собеседников [и,] будучи «на небесах», обращается к тем, кто «на земле». Тогда как всё это не так, [ведь] даже в Св. Коране, как отмечает один из богословов, имеет место Божественное снисхождение до [уровня] человеческого разума – глубина Божьего высказывания снисходит до уровня понимания людей. Если Аллах будет говорить [с нами] сообразно Cвоему [величию,] мы не сможем понять и выдержать [Его речь]: в другом месте, опять-таки, рассказывает[ся], что когда Аллах [говорил с] досточтимым Мусой (а.с.) [и] явил Себя горе [в ответ на пожелание Мусы (а.с.) Его увидеть], Его речь была равна силе [10] тысяч языков[1].
Таким образом, у Юсуфа (а.с.) тоже имелось [«семя» эго], и соответственно, в плане репрезентации (тамсиль) и понимания состояния адресатов [своих посланий], «семя» [эго] имелось у великих пророков. Ну а развитое эго имеется у нас. Скажу по-простому, не сочтите за грубость: у нас стопудово имеется душа, призывающая [ко злу, причём] самой что ни на есть высшей пробы. Иными словами, эта душа, которая сильнейшим, исключительным образом побуждает нас к плохому ([об этом говорит то, что] слово «аммара» выражено в превосходной степени — думаю, [значение] слова «превосходный» известно всем). Прежде всего, вопрос следует поместить именно в эти [рамки].
Что касается Зулейхи, то есть мнение, что в дальнейшем она изменилась к лучшему, и после смерти своего мужа вышла замуж за пророка Юсуфа (а.с.) и родила от него двоих детей — если [всё это] так, значит, она стала матерью правоверных. Но одно время она докучала досточтимому Юсуфу (а.c.). Она жила во дворце и была женой [царского] сановника. Она обладала хорошими манерами и красивой внешностью. Когда досточтимый Юсуф (а.с) достиг совершеннолетия [и] ему было, возможно, 16-17 лет, [Зулейха сделала ему непристойное] предложение, на что он ответил «Упаси Аллах!», возвысившись как монумент целомудрия[2]. Затем на фоне натиска в этом отношении со стороны других [женщин] он сказал: «Господи! Темница мне милее того, к чему меня призывают»(12:33) – «По правде говоря, для меня предпочтительнее и милее попасть в тюрьму, нежели дать им себя совратить!»[3]. [Так] он сказал и оказался в тюрьме.
Так вот, исходя из его помыслов в этом отношении следует постараться увидеть [всю] широту его целомудрия – по воле Аллаха душа, призывающая [ко злу], никак не повлияла на него. Но что такое душа, призывающая [ко злу], он узнал, и позднее, в рамках своей пророческой миссии, увещевая в этом плане народ Египта, он делал это зная[, о чём говорит]. [Он мог,] например, сказать [им следующее]: «Наслаждения в рамках разрешенного Аллахом достаточны для удовольствия. Если вы не будете зарабатывать дозволенным путем, душа, призывающая [ко злу], подтолкнёт вас к запретному заработку. Если вы не будете удовлетворять свои плотские желания в рамках дозволенного, если вы не сочтётесь дозволенным браком, то душа, призывающая [ко злу], может подтолкнуть вас к запретному разврату». Так вот, если бы Юсуф (а.с.) так или иначе не ощущал внутри себя [эго] в виде «семени», он не смог бы разъяснить всё это людям и указать им путь. Ибо тот, кто не способен постичь людей с их характерами, с их «оснасткой», с теми их сторонами, которые могут стать поводом для наущений, с их широкими (или лучше сказать узкими?) «улицами», не сможет провести или направить их по этим узким «улицам» так, чтобы они не задевали головами [препятствий] справа и слева.
Таким образом, у него имелось [«семя» эго], достаточное для того, чтобы всё это знать. Можете считать это моим почтением перед великими пророками, а можете и принять в качестве истины. Я не хотел бы бросить на них и малейшей тени! Ну а если я сделал это, сказал что-то [такое] до сей поры, то да простит меня Аллах!
Олицетворение [отказа от самообеления, о чём говорят слова] «Я не оправдываю себя, ведь душа человека повелевает зло…» (12:53) – это [ещё] одна сторона вопроса. И у [Юсуфа (а.с.)] было «семя» эго, которое – не будь Божьей милости, благоволения, защиты и охраны – [могло бы] «вырасти» и «окрепнуть». «[А что] если «плодородной» станет «[безжизненная] почва» этого тела и взрастит его, [а что] если оно пойдет в рост?» (да сохранит нас Аллах!) – возможно и этим могли быть продиктованы [его слова].
Далее, [касательно] молитвы Венца рода человеческого (с.а.с), который является «Султаном слов» и чьи слова являются «султанами слов». [Эту молитву] он (c.а.с.) [начинает] со слов: «О Живой, о Вседержитель!…» – это два благословенных Божьих имени, которые упоминаются после имени «Аллах» [в аяте аль-Курси и,] возможно, являются Его величайшими именами. Любое одаривание жизнью, идет ли речь об ангелах, обитателях нематериальных миров, растениях, животных или людях, черпает свою силу и обретает существование от Божественного атрибута «Жизнь», равно как Его имён Живой и Оживляющий, а бытие / жизнь Он поддерживает Своим вседержительством. [Начиная взывать к Аллаху,] наш Пророк (с.а.с), прежде всего, «берёт» в одну руку Его имя «Живой», а в другую — Его имя «Вседержитель», словно одевая два щита: «О Живой, о Вседержитель!». О Аллах, давший жизнь! О Аллах, сделавший жизнь зеркалом для Себя! О Аллах, сделавший жизнь Своим величайшим именем! О Аллах, посредством жизни делающий очень многое на земле! О Аллах, обеспечивающий продолжение этих красот Своим вседержительством! О Аллах, который и на том свете обеспечит продолжение этой жизни Своим вседержительством! «О Живой, о Вседержитель!» – говорит он (с.а.с.), взяв в одну руку одно [из этих имён], а в другую – другое.
Из-за Его величия, он употребил частицу обращения [«йа«], используемую по отношению к далёкой личности/существу, которая применяется как в качестве метафоры удалённости, так и [для указания на чье-то] величие: «О Живой, о Вседержитель! Посредством милости Твоей молю Тебя о помощи!» – я молю Тебя о помощи, избрав себе заступником Твою милость! «О Живой, о Вседержитель! Посредством милости Твоей молю Тебя о помощи! Приведи в порядок все дела мои…» – да будет моя душа выкупом за них, если они не в порядке, то чьи же дела тогда в порядке?! «Приведи в порядок все дела мои и не вверяй меня душе моей ни на мгновение ока!»[4]. Ни на мгновение ока! В свою очередь, некоторые из людей, находящихся под покровительством Аллаха, [заканчивали эту мольбу] словами «…[ни на мгновение ока] и [даже] меньше того!» — «Не оставляй меня один на один с моей душой даже меньше, чем на мгновение ока!» (не знаю, фигурирует ли [это дополнение] в хадисах).
Поскольку Венец рода человеческого (с.а.с.) очень хорошо знал о плутовстве, хитростях, кознях, обмане, крамоле [и] интригах души, призывающей [ко злу, равно как] о том, что она, нежданным для людей образом, [способна] поймать их в «захват», «придушить» [и] «бросить вниз головой», он, будучи примером для остальных, [этой мольбой] выразил состояние людей, но [произнес её] от своего лица, скромно и смиренно, словно человек, имеющий выросшее и окрепшее эго. Однако говорится, что «семя» эго было и у него, ведь будь оно иначе, он не мог бы понять общего состояния своих собеседников и правильно «прочесть» их. В нём имелись «семена» всего, что есть у людей, будь то хорошего или плохого. В то же время, словно попав в плодородную почву, хорошее «выросло» и «окрепло» [в нём], подобно платанам [или] деревьям каменноугольного периода, взмывавшим ввысь на 200, 300, 400 метров. Плохое же так и осталось незадействованным, но в его бездействующих [и] рудиментарных «ликах» он (с.а.с.) увидел аналогичные [черты], присутствующие в человеческой сущности, и, будучи примером для остальных, советовал нам неизменно [взывать к Аллаху,] говоря те слова, что мы произносим [после] утреннего и вечернего [намазов] : «О Живой, о Вседержитель! Посредством милости Твоей молю Тебя о помощи! Приведи в порядок все дела мои и не вверяй меня душе моей ни на мгновение ока!».
О Аллах, являющийся Живым и Вседержителем! Мы обращаемся к Тебе, словно щитами прикрывая себя с двух сторон Твоими именами «Живой» и «Вседержитель»! Ты безвозмездно даровал нам эту жизнь, не дай же нам загрязнить ее! Ты обеспечиваешь ее продолжение в этом мире Своим вседержительством, не дай же нам сломать её и привести к краху!
О Аллах, даруй [нам] продолжение того, чём ты одариваешь нас в жизни бренной, дабы не лишать нас этого в жизни вечной! «О Живой, о Вседержитель! Посредством милости Твоей молю Тебя о помощи! Приведи в порядок все дела мои и не вверяй меня душе моей…!». Можно использовать и обращение в первом лице множественного числа. На арабском языке это звучит так: «Йа Хайю, йа Кайюм, бирахмятикя наста’ис, аслих ляна ша’нана ва ля такильна иля анфусина тарфата ‘айн ва ля акалля мин залик!«. «О Аллах, являющийся Живым и Вседержителем! Ни на мгновение ока и даже ещё меньший срок не оставляй нас – наших братьев, друзей, сторонников, собравшихся здесь, а также всех тех людей, которые искренне благоволят этому делу во всех концах света — один на один со своими душами! Мы просим Тебя о помощи!» – говорим мы.
ПРИМЕЧАНИЯ
[1] ас-Суюти приводит в своем комментарии к Св. Корану (ад-Дур аль-Мансур, 3/536) сообщение со ссылкой на ряд сборников хадисов (Абу Нуайм, Хильят аль-Авлия, 6/210, аль-Байхаки, аль-Асма ва ас-Сифат, 601 и др.) с отметкой о том, что оно рядом исследователей было отнесено к категории порицаемого (матрук), в котором говорится, что Аллах сказал Мусе (а.с.): «Я говорил с тобой силой десяти тысяч языков». Со ссылкой на работу «Навадир аль-Усуль» Хакима ат-Тирмизи, ас-Суюти также приводит похожее сообщение, согласно которому Аллах сказал Мусе (а.с.) о том, что если бы Он говорил с ним Своей речью, то его бы не стало.
[2] «Когда Юсуф достиг зрелого возраста, Мы даровали ему умение принимать решения и знание. Так Мы вознаграждаем творящих добро. Женщина, в доме которой он жил, стала соблазнять его, заперла двери и сказала: «Иди ко мне». Он сказал: «Упаси Аллах! Ведь он – мой господин, обеспечивший мне прекрасную жизнь. Воистину, беззаконники не преуспеют»» (Св. Коран, 12:22-23).
[3] «Женщины в городе стали говорить: «Жена знатного мужа пыталась соблазнить своего юного раба! Она страстно возлюбила его, и мы полагаем, что она впала в очевидное заблуждение». Когда она услышала про их хитрость, то пригласила их, велела приготовить им подушки, дала каждой по ножу и сказала: «Выйди к ним». Когда они увидели его, то так превознесли его, что порезали ножами себе руки и сказали: «Упаси Аллах! Да ведь это – не человек. Он – не кто иной, как благородный ангел». Она сказала: «Перед вами тот, из-за которого вы меня порицали. Я действительно пыталась его соблазнить, но он отказался. Но если он не выполнит мой приказ, то будет заточен в темницу и окажется в числе презренных». Он сказал: «Господи! Темница мне милее того, к чему меня призывают. Если Ты не отвратишь от меня их козни, то я уступлю им и окажусь в числе невежд» (Св. Коран, 12: 30-33).
[4] В таком виде эта молитва, которую, как сообщается, Посланник Аллаха (с.а.с.) посоветовал читать утром и вечером своей дочери Фатиме, приводится у аль-Мунзири (ат-Таргиб ва ат-Тархиб, 1/313) и аль-Баззара (Муснад, 13/49).
- Создано .