Богопоминание
Богопоминание (зикр) означает упоминание, память и воспоминание; в суфийской терминологии это слово обозначает регулярное повторение некоторых имён и атрибутов Аллаха по отдельности или вместе. Верующие люди в духовных или суфийских братствах поминают имена и атрибуты Аллаха индивидуально или коллективно; в одних общинах предпочитается имя «Аллах» как имя Господа, в других – выражение «нет бога, кроме Аллаха (ля иляха иллаллах)» или другие Его имена и атрибуты по выбору духовного наставника.
Богопоминание, как и благодарение, является долгом и обязанностью раба Божьего, выполняемыми им как языком, сердцем и телом, так и всеми столпами совести. Поминать Всевышнего Творца всеми Его прекрасными именами и священными атрибутами, славословить и благодарить Его, восхвалять и превозносить Его, читать Его Писание и руководствоваться им в своей жизни; напевать божественные смыслы в знамениях, вещах и явлениях как знаки сотворения в книге мироздания; провозглашать свою беспомощность и нищету перед Ним в молитве и мольбе… да, все это является устным богопоминанием посредством своей речи.
Поминать Творца всеми столпами совести, прежде всего, духовной способностью сердца чувствовать Бога непосредственно, т.е. размышлять о доказательствах Его бытия и единства, думать о Его прекрасных именах и атрибутах, которые сияют в книге мироздания и каждый раз шепчут нам о разных знамениях; затем созерцать предписания Его вселенского владычества, в свете этих предписаний размышлять над вопросами своих обязанностей, Его велений и запретов, обещаний и угроз, вознаграждений и наказаний; пытаться проникнуть в тайны за завесой видимого бытия, изучая мироздание и глубоко размышляя об объективном и субъективном мирах; кроме того, в ходе своих исследований раз за разом наблюдать за небесными красотами, представлять, что всё во Вселенной, от частиц до планет, является пульсацией трансцендентного мира, разъясняющим сообщением мира проявлений Его божественности и окном к истине истин. Те, кто чувствует всегда бьющееся подобно пульсу бытие, слышит красноречиво говорящий подобно прекрасному оратору трансцендентный мир, кто наблюдает через эти окна за проявлениями Его красоты и величества, достигают такого невообразимого духовного наслаждения, которого ни один глаз не видел, ни одно ухо не слышало, что иногда час жизни, проведённый с такими напевами духовного наслаждения, равен многим сотням лет жизни, проведённым без него. Вследствие этого они уверенно продвигаются в здравом добродетельном кругу по пути к вечности, погружённые в божественные дары и духовный восторг. Когда свет величественного лика Творца облекает всё вокруг, наблюдения человека превосходят его; и человек сердца и потенциала, независимо от того, достигает он сути веления или нет, находит себя в суете богопоминания с тем, что он чувствует и ощущает. Одновременно он начинает сознательно или непроизвольно напевать божественные имена.
Богопоминание иногда так обволакивает суть человека, что он входит в состояние, подобное трансу. В таком состоянии самозабвения, когда упоминающий Господа и само богопоминание растворяются, кто-то произносит, что «нет ничего, кроме бытия Аллаха», кто-то – «не наблюдается и свидетельствуется ничего и никого, кроме Аллаха», кто-то – «нет бога, кроме Аллаха», а кто-то в меру своего осознания после слова «нет» перечисляет все божественные имена за раз, произнеся «кроме Аллаха», и так продолжает с полным осознанием и целостным мышлением провозглашать единство и единственность Всевышнего Творца.
Должно быть, эти мгновения, проведённые в атмосфере такой близости к Нему и в Его компании, являющиеся ясными мгновениями, открытыми для естественных божественных даров, намного счастливее, изобильнее и полезнее для вечной жизни, чем годы, проведённые без света и такой атмосферы. В одном хадисе благословенного Пророка Мухаммада указывается на эту благодать: «Между мной и Аллахом есть такое мгновение, когда ни один приближённый ангел, ни один пророк не может конкурировать со мной».[1]
Исповедание религии с особой тщательностью, ощущение каждого божественного веления и запрета на своей совести и руководство ими в своей жизнедеятельности, выполнение всех обязательств с энтузиазмом, глубоко осознанное воздержание от всех запретов является телесным богопоминанием. Глубина устного богопоминания во многом зависит от такого телесного богопоминания, которое с помощью этой «центробежной силы» превращается в бессмертное звучание. Телесное богопоминание является скорее прибежищем к божественной мощи, силе и изобилию через провозглашение своей беспомощности и нищеты, стук во врата Божественности и поиск доступа к Его обители.
Тот, кто регулярно и настойчиво поминает Бога или читает одно или несколько из Его имён, берётся под Его защиту, покровительство и поддерживается Им, словно заключил с Ним контракт. Аят «Поминайте Меня, и Я буду помнить о вас» (Св. Коран, 2:152) выражает это таинственное состояние, когда бессилие становится источником духовной силы, а нищета – источником духовного богатства.
Этот аят также отмечает, что регулярное богопоминание, размышление о Творце и поклонение Ему приведут человека к посвящению в Его милости и щедроты. Если вы всегда напеваете Его в своих мольбах и взываниях, Он одаривает вас Своим вниманием и почтением. Если вы вопреки своим повседневным делам и заботам поддерживаете связь с Ним, Он удостаивает вас чести и милостей, устраняя мирские беспокойства и горе в вечном мире. Если вы удостаиваете Его покоем свои минуты уединения, в местах и во времена нужды в поддержке и дружбе Он станет вашим собеседником и другом. Если вы в минуты покоя и радости не забываете Его упоминать, перед трудными явлениями и в период скорби и боли Он поддержит вас Своими дуновениями сострадания и защиты. Если вы пускаетесь в путь ради Него и доносите Его слово до душ людских, Он спасёт вас от унижения в мирской и вечной жизнях. Если вы в своём поведении искренни, Он удостоит вас особыми наградами, которых не видел ни один глаз, не слышало ни одно ухо и не воображало ни одно воображение.[2] Таким образом, желание и усердие в богопоминании будут оценены удостаиванием Божьей помощи и углублением на истинном пути. А такое божественное веление, как «благодарите Меня и не будьте неблагодарны Мне» (Св. Коран, 2:152) напоминает о здравом добродетельном круге «от богопоминания к благодарению и от благодарения к богопоминанию».
Богопоминание является сущностью всех видов или актов поклонения, а сутью этой сущности – Коран. После него идут ясные слова, происходящие от Венца рода человеческого. Богопоминание в любом, явном и тайном, виде является действием воплощения в теле поминающего Его светлого величественного лика, озаряющего его круг чувств, мыслей и сознания, и присвоения их всех его духу.
Богопоминание является провозглашением Его имени перед всеми людьми и джиннами в свете Его явных и скрытых милостей. С прекращением этого провозглашения исчезает и причина бытия земли и всего сотворённого на ней. Не об этом ли слова заключительного Божьего Посланника, что Конец света наступит тогда, когда на земле не останется никого, кто провозглашал бы имя Всевышнего Творца?![3]
Богопоминание, независимо от его стиля и вида, является самым сильным и надёжным путём, ведущим к Нему. Без богопоминания трудно приблизиться к Нему. Когда совесть осознанно поминает Его, тонкие чувства и каждое мгновение вторят Ему, а речь становится выразителем этой гармонии, всё это становится обильной духовной пищей и неисчерпаемым источником поддержки.
Богопоминание означает такое путешествие в духовной спирали, ведущей к близости к Богу, что когда человек начинает упоминать Его Самого и Его имена и атрибуты устно, чувствами и действиями, образовав из своих чувств, сердца и души прекрасный хор, он словно входит в таинственный лифт и поднимается в царство, где свободно парят души; и через приоткрытые врата увидит неописуемые сцены из потусторонних миров.
Для богопоминания, т.е. чтения имён и атрибутов Творца, не существует обязательного и определённого времени. Намаз является главным актом богослужения и совершается пять раз в день в назначенное время[4] и не может совершаться в определённое время (например, во время восхода и захода солнца, и когда солнце находится в зените в полдень)[5]. Богопоминание же может совершаться в любое время суток, ибо нет каких-либо запретов для него: «(Они), которые поминают Аллаха стоя, сидя и на боку» (Св. Коран, 3:191). Словом, для богопоминания нет каких-либо ограничений во времени или образе совершения.
Трудно найти в Коране, сунне и книгах учёных из числа праведных предшественников что-нибудь более настоятельно рекомендуемое, чем богопоминание. Действительно, богопоминание подобно душе или крови каждого акта богослужения, начиная с намаза и заканчивая борьбой во имя веры.
Однако глубина богопоминания каждого пропорциональна глубине чувств, которые пробуждает в нём такое богослужение. Суфии называют это «покоем сердца» или «созерцанием». Некоторые поминают Всемогущего Творца и таинственным образом познают Его в своих сердцах; другие испытывают Его через свою совесть и постоянно пребывают в Его непосредственной близости благодаря точкам опоры и доверия, и обращения за помощью в своих внутренних мирах. Люди такого уровня духовного развития, которые поминают Его непрерывно, всем сердцем и совестью, чувствуя всей своей сутью, и живут, в полной мере осознавая Его постоянное присутствие, считают, что устное богопоминание лишь в определённое время является признаком беспечности и духовного невежества. Тот, кто достиг такой степени богопоминания, говорит: «Аллах знает, что я не поминаю Его лишь сейчас. Ведь как я могу поминать Его лишь сейчас, когда ни на минуту не забывал о Нем?»[6]
О Господь! Сделай нас из тех, кто поминает Тебя много, благодарит Тебя много, страшится Тебя много, стремится к Тебе и предан Тебе, и постоянно обращается к Тебе в покаянии и надежде! Даруй благословение и мир благословенному Пророку Мухаммаду, который всегда помнил и поминал Тебя, его семейству и сподвижникам, преданным и кающимся!
Сноска
[1] Алиюлькари, Аль-Асраруль-марфуа стр.299; Аль-Аджлуни, Кашфуль-хафа 2/226.
[2] Бухари, Бадуль-халк 8, Тафсиру сура (32) 1, Тавхид 35; Муслим, Иман 39, Джаннат 5-6.
[3] Муслим, Иман 234; Тирмизи, Фитан 35.
[4] Байхаки, Шуабуль-иман 3/39; Аль-Хаким ат-Тирмизи, Навадируль-усуль 3/136.
[5] Бухари, Мавакитус-салят 30, 31; Мусли, Салятуль-мусафирун 285-296.
[6] См.: Ас-Сулами, Ат-Тафсир 2/148, 262; Аль-Байхаки, Шуабуль-иман 6/331.
- Создано .